חיפוש
סגור את תיבת החיפוש

Что происходит сейчас в Израиле

ההייטקיסטים היו ראשונים, אחריהם הגיע מכתב הרופאים, מכתב הטייסים, מכתב אנשי הרוח ואז הצהרת היועמ״שים ופרקליטי המדינה בדימוס…

В декабре 2022 года Биньямин Нетаньяху, в шестой раз заняв пост премьер-министра Израиля, объявил о формировании нового правительства. Это правительство стало самым правым по своему составу, поскольку победившая на выборах партия “Ликуд” сформировала коалицию с партиями ультранационалистов и ультраортодоксов.

Вновь назначенные министры не скупились на соответствующие обещания: позволить бизнесу отказывать людям в услугах на религиозных основаниях, ограничить права ЛГБТ-сообществ, “развивать и продвигать” интересы еврейского населения Израиля. 

Но главной с первых дней существования нового правительства стала тема борьбы с независимостью Верховного суда и попытки подчинить суд парламентской коалиции. 

Есть ряд обстоятельств, которые делают эту борьбу с судебной системой особенно актуальной – однако, не для всего общества в целом, а именно для представителей правящей коалиции. Прежде всего это касается сложных отношений с законом у главных представителей коалиции. Беньямин Нитаньяху находится под следствием с 2017 года. Против него выдвигаются обвинения в мошенничестве, коррупции и злоупотреблении доверием. Сам он обвинения отрицает, но как только он отойдет от власти, ему придется снова доказывать свою невиновность в суде – а если не докажет, ему грозит до 13 лет тюремного заключения. Верный способ покончить с мучительным судебным процессом – закон об отмене парламентом решений Верховного суда. 

Обвинения в коррупции являются постоянной угрозой для многих представителей правящей коалиции. Среди них глава  Яхадут ха-Тора Яков Лицман, глава ШАС Арье Дери, Давид Битан, депутат Кнессета от “Ликуд” и др. Особенность текущего момента заключается в том, что в правительстве собрались “чемпионы” по количеству обвинений, когда-либо выдвинутых против них судом. Всего за время существования Израиля обвинительные приговоры были вынесены 40 израильским политикам, в том числе главе правительства, президенту, министрам, депутатам кнессета. Из них больше всего – против представителей партии Ликуд, ШАС и других представителей нынешней коалиции. Не случайно противники реформы указывают, что причиной начала реформ является конфликт личных интересов политиков с Верховным судом. 

 

Поправки в законы, определяющие судебную систему Израиля, были внесены от имени законодательной комиссии кнессета по инициативе ее председателя, Симхи Ротмана. («Религиозный сионизм»). 

Первый пункт реформы меняет систему назначения судей, существующую в Израиле с 2008 года (реформа Гидеона Саара). Нынешняя система предполагает, что судей назначает комиссия, в которой есть представители и правительства, и судейства – и ни у кого нет перевеса, все должны договариваться. Вместо этого предлагается сделать так, чтобы судей фактически назначала правящая коалиция. 

 

Второй пункт реформы – закон о преодолении кнессетом вето БАГАЦа («пискат итгабрут») простым большинством в 61 голос. Преодоление вето Верховного суда – важнейшая задача для правительства, фактически оно отменяет возможность надзора за правительством. В Израиле нет Конститутции, и если в какой-то момент Кнессет примет решение об отмене выборов, запрете оппозиционных партий, увеличении срока полномочий премьер-министра или о введении военного положения – никто не сможет проверить законность этих нововведений и повлиять на них. 

 

Третий пункт – отмена юридического принципа «разумности». Принцип разумности тех или иных шагов и назначений является основополагающим для многих судебных систем мира, в Израиле на основании этого принципа  Верховный суд в свое время отменил назначение ранее судимого лидера ШАС Арье Дери министром. Лишение судебной системы этой возможности во многом парализует ее деятельность. 

 

Четвертый пункт – ослабление позиций юридических советников правительства (их планируется превратить фактически в «доверенных лиц» действующих министров). Министру юстиции также планируется подчинить подразделения полиции, которые занимаются расследованием коррупционных дел (“Махаш”). Подчиненные, таким образом, должны будут контролировать деятельность своих руководителей – что даже в теории звучит крайне сомнительно.  

 

Пятый пункт – Верховный суд не сможет отменять законы, если Кнессет определяет эти законы как базовые, а остальные законы сможет отменять только абсолютным большинством голосов (12 из 15). Принимать решение об отставке премьер-министра Верховный суд тоже не сможет, это будет возможно только путем принятия решения особым большинством Кнессета.  

 

Сразу же после начала обсуждения поправок начались массовые протесты. Экономисты, юристы, социологи и политологи предупреждали о пагубных последствиях принятия реформы. Даже юрисконсульт предлагающего реформу комитета предупредил, что, исключая законы из сферы судебного рассмотрения, Кнессет лишает защиты гражданские свободы, включая равенство и свободу слова — прав, установленных судом.

Тем не менее, в ночь на 21 февраля, после бурных дебатов на пленарном заседании кнессета депутаты приняли в первом чтении первую часть реформы.

Протесты против реформы продолжаются. Практически ежедневно на улицы выходят десятки тысяч граждан с лозунгами в защиту демократии. С точки зрения протестующих, разрушение судебной системы, бесконтрольность правительства неизбежно ведет к ущемлению гражданских свобод и диктатуре.

Как мы здесь оказались?

"אנו צופים בעיניים כלות בסכנה הברורה והמיידית. החלטנו לא לשתוק יותר ולהשמיע את קולנו ולהגיד אסור לנו שהדבר הזה יקרה. הנזק יהיה בכיה לדורות"

למעלה מ-200 אנשי הייטק, יזמים, מנכ״לים ואנשי הון סיכון חתמו על מכתב לנתניהו, בו הם מתריעים שקידום חקיקה מפלה וערעור האמון במערכת המשפט ובדמוקרטיה יפגעו בתעשיית ההייטק המקומית וירחיקו מכאן משקיעים בינלאומיים.

החותמים קראו לראש הממשלה “לעצור את כדור השלג” ו”לשמור על הסטטוס קוו בין כל חלקי החברה הישראלית”. (למכתב)

בכירי ההייטק

מחאות | הפגנות | מעקב חקיקה | קבוצות מאבק | עדכונים מהשטח:
כל מה שחשוב למחנה הדמוקרטי-ליברלי - אצלך בווצאפ

דילוג לתוכן